Евгений Побожий – интервью с гением джаз-гитары
Евгений Побожий – обладатель первой премии международного джазового конкурса 2012, выпускник Berklee College of Music, гитарист группы «Project Combo».
Расскажи о своих гитарах
У меня есть три основных инструмента: полуакустика Kiesel SH575 (Carvin), безголовая Kiesel Zeus и Ibanez – LGB30-VYS George Benson Vintage.
Kiesel SH575 (Carvin)
Ibanez LGB30 я использую для джазовых концертов с оркестром, а свои проекты пишу на полуакустику Kiesel. Выбрал именно эту фирму потому, что их гитары подходят мне тембрально и по частотному балансу.
Что ты предпочитаешь из оборудования?
На выступлениях с оркестром я играю в Фендер Твин, главное – чтобы усилитель был в хорошем состоянии. Почти всегда использую чистый звук, разве что добавляю немного дилея. Недавно приобрел процессор Boss SY-300, собираюсь использовать его для записи синтовых соло.
Boss SY-300
В сольных проектах использую Fractal AX8 и упомянутый процессор. Мне нравится такая связка потому, что я могу заготовить пресеты под необходимую мне музыку: один для чистого звука, пару для фанка, и еще несколько для джазового соло.
Где началась твоя музыка?
Я родом из Сибири, родился и вырос в городе Северск. В 8 лет подружился с Германом Мамаевым, сейчас он басист нашей группы Project Combo. В то время мы оба были гитаристами и часто занимались музыкой вместе.
В 15 лет мы начали играть в любительском коллективе и встретили там Андрея Бирюкова, нашего будущего барабанщика. Тогда он казался совсем взрослым, был для нас отцом-наставником. В подростковом возрасте мы с Германом интересовались только роком и фанком, но Андрей давал нам записи джаз и фьюжн музыкантов. Он привил нам интерес к сложной музыке, за что я ему сильно благодарен.
Мы сформировали трио и начали двигаться в джазовом направлении. Каждый день я, Гера и Андрей собирались в ДК и играли джазовые стандарты, пробовали сочинять музыку. На репетиции уходило как минимум 3-4 часа ежедневно. Через время тренировки переросли в авторскую программу и мы начали ездить по регионам.
В 2007 нам удалось попасть на летнюю образовательную программу в Беркли. Это был опыт, который серьезно повлиял на нашу музыку. В Северске мы написали первый альбом и стали выступать с ним в крупных городах страны.
В 2010 с командой поучаствовали в студийной сессии в Краснодаре и даже полгода пожили в этом городе. Но я всегда хотел получить образование, поэтому поехал в Ростовскую консерваторию и учился там 5 лет. В Ростове я познакомился с Давидом Сагамонянцом и он стал нашим новым барабанщиком.
Что ты вынес из Беркли?
Мы имели теоретическую подготовку и сдали вступительный тест на 100 баллов. Особых практических знаний из этой поездки не вынесли, но из нас получился очень клевый ансамбль. Мы экспериментировали с музыкой, играли нечетными размерами. Это был настолько окрыляющий опыт, что он определил вектор развития на ближайшее будущее.
Самое главное в Беркли то, что ты видишь своих сверстников, оцениваешь их уровень. Ты понимаешь, что ничуть не хуже музыкантов из Бостона или из любого другого уголка планеты. Это очень сильно подняло самооценку коллективу из Северска.
Как ты выстраиваешь работу в своем сольном проекте?
Не вижу смысла в записи отдельных альбомов. Синглы и клипы кажутся мне намного более эффективными способами распространения музыки. Видел собственными глазами как очень качественные джазовые альбомы проходили мимо широкой аудитории. Люди просто не воспринимают музыку как альбом: им проще сэкономить время и послушать сингл.
Мне нравится брать свои старые работы и преобразовывать их во что-то актуальное для меня сегодняшнего. Я до сих пор использую треки, записанные в Северске. Они выступают наработками, которые я переаранжирую на подходящий лад. Форму, стиль и звук я стараюсь менять, но основа остается прежней.
Как ты изучал музыку?
Я закончил музыкальную школу по классической гитаре и немного опыта на электрогитаре набрал самостоятельно. Потом просто пошел в нотный отдел городской библиотеки и взял оттуда все книги, связанные с джазом. Среди них были книжки по истории джаза, «Техника джазового аккомпанемента на 6-ти струнной гитаре» В. Молоткова и «Гармония джаза» Ю. Чугунова.
Базовую теорию джазовой музыки и первые практические навыки я почерпнул именно из этих книг. И, конечно, слушал огромное количество музыки. Большую часть нам давал Андрей, но с приходом интернета я начал самостоятельно находить нужные мне треки.
Изначально я слушал саксофонистов и пианистов, буквально протер до дыр кассету Чарли Паркера (Charlie Parker). Из саксофонистов мне нравятся Джон Колтрейн (John Coltrane) и Сонни Роллинз (“Sonny” Rollins). На тот момент мне было 16 и я сразу проникся этой музыкой.
Как ты пришел к джазу?
Есть люди, которые заставляют себя полюбить джаз, но я не из таких. Я не прилагал усилий для того, чтобы понять эту музыку, она сама поглотила меня. Хотя, конечно, чувствуется некий разрыв между мной и потенциальным слушателем. Большая часть людей просто не понимают эту музыку.
Как посоветуешь развиваться начинающему гитаристу?
Совет простой: как можно раньше начинайте слушать много хорошей музыки и так же рано беритесь за джазовую гармонию. Эти процессы должны протекать параллельно. Как только узнал про новый размер, ты должен самостоятельно сыграть его. Или, как минимум, начать подмечать его в музыке, которую слушаешь. Так ты закрепишь теорию на практике.
Я рекомендую посмотреть видеошколы Джона Скофилда (John Scofield) и его мастер-класс «On Improvisation». По информативности это до сих пор одна из самых сильных школ импровизации.
Как правильно дозировать информацию?
В школах Скофилда вываливается огромное количество информации. Я полностью воспринял ее лишь с 50-го раза. При просмотре школы, я сидел с гитарой и анализировал игру автора, пытался понять его музыку.
Очень важно придавать новым знаниям эмоциональную окраску. Ты должен проживать музыку, иначе импровизация становится набором математических уравнений.
Джаз нужен всем?
Джаз – основа профессионализма в любом коллективе и в любом жанре музыки. Шансов найти работу именно в джазовой индустрии немного, но джазовая гармония, ритмика и сольфеджио пригодятся везде.
Как ты попал к Игорю Михайловичу Бутману?
В моей карьере все складывалось удачно. Мне написал Рома Христюк и пригласил меня на фестиваль «Будущее Джаза». Я согласился, выступил и после нескольких концертов мне предложили постоянную работу у Игоря Михайловича.
Джазовый музыкант должен быть медийным?
Да, лучше быть медийным. Без этого тяжело с денежной точки зрения. Крутых музыкантов становится все больше и больше, а спрос на сложную музыку так или иначе падает. По факту сейчас музыканты зарабатывают только живыми концертами.
Ты сам тратишь деньги на запись, на поиск лейбла, на рекламу. Чем шире аудитория, тем лучше, ведь она позволит отбить хотя бы часть расходов. Интернет кажется мне наиболее перспективной сферой развития медийности.
Какие музыканты тебя вдохновляют?
На летних каникулах я нашел папину кассету Deep Purple и обалдел настолько, что собрался и пошел в музыкальную школу, тогда мне было 9. До увлечения джазом я страшно любил Deep Purple, Led Zeppelin, Black Sabbath, Dream Theater. Сейчас из рокеров я практически никого не слушаю, разве что Джона Мейера (John Mayer) и Гатри Гована (Guthrie Govan).
Из музыки, которую я слушаю сейчас
Из того, что слушаю сейчас, на первом месте Тигран Амасян – для меня это современный музыкант номер 1. А «A Love Supreme» Джона Колтрейна (John Coltrane) – икона, у которой я знаю каждую ноту.
Гитара
Из гитаристов выделяю Аллана Холдсуорта (Allan Holdsworth), Тима Миллера (Tim Miller) и Чарльза Альтуру (Charles Altura).
Бас
На басу для меня ориентиры – Адриен Феро (Hadrien Feraud) и Антон Давидянц, один из первых номеров на инструменте.
Барабаны
За барабанами слежу за Нейтом Вудом (Nate Wood) и Антонио Санчезом (Antonio Sánchez).
Крутые явления в современном джазе
А из ярких явлений современного джаза отмечу Роберта Гласпера (Robert Glasper) и Камаси Вашингтона (Kamasi Washington).
Нужно ли полностью доверяться преподавателю?
В первую очередь нужно довериться себе: анализировать все что видишь и включать мозги. Хороший преподаватель может указать нужное направление. Но единственная страховка от ошибок – ты сам.
У меня был всего 1 педагог – Щиницин Константин Эдуардович. Потрясающий музыкант и человек, он обучал меня классической гитаре когда мне было 10. Под его руководством я реально переживал музыку, которую играл. Думаю, что в первую очередь наставник должен обращать внимание на музыкальность и эмоциональность, а не на беглость пальцев. Именно таким и был Константин Эдуардович. Хотя про технику также не нужно забывать.
Есть ли смысл в вертикальном обыгрывании гармонии?
Если целью является глубокое познание музыки, то да. Вертикальное обыгрывание гармонии – часть музыки, она дает представление о гаммообразном, арпеджиообразном, хроматическом и скачкообразном движениях. Это полезно знать независимо от исполняемого жанра.
Как выйти за пределы классической школы гитары?
Слушать больше музыки. Если классик услышит фанк, например, то он так или иначе задумается над ритмикой и устройством этой музыки. Быть может, начнет изучать новый жанр глубже и откроет для себя что-то новое.
